Вместе с тем он признает в Байкале следующие 10 видов губок: 1) Veluspa baicalensis
(Pall.) с 5 разновидностями, 2) V. bacillifera (Dyb.) с 4 разн., 3) V. fusifеra (Suk.) с 1 разн.,
4) V. abietina Swartsch., 5) V. intermedia Dyb.? с 1 разн., 6)Lubomirskia papyracea Dyb. с 1
разн., 7) L. irregularis Swartsch., 8) Ephydatia olchonensis Swartsch., 9) E. gаriaevi
Swartsch., 10) Spongilla microgemmata Swartsch. Сварчевский отрицает возможность
переселения байкальской губки из Ледовитого океана в Байкал по реке: активного
переселения у губок не может быть, пассивное же из моря в реку - у байкальской губки
также исключается, так как у нее нет геммул, которые могли бы пристать, напр., к
ногам птиц и т. п. Сварчевский предполагает поэтому, что скорей возможно допустить
переселение этой губки из Байкала в море.
         Таким образом, правдоподобнее рассматривать байкальскую губку как древний
пресноводный тип. Систематическое же положение ее, а равно отношение к губкам р.
Veiuspа из Берингова моря, требуют нового переисследования.
         Protozoa Байкала не исследованы, да вряд ли дадут что-нибудь важное в
интересующем нас вопросе. Флора диатомей и водорослей Байкала также не
представляет ничего заслуживающего быть особо отмеченным.
         Прибавление во время корректуры.
         К. И. Меаер любезно сообщил мне из своей пока не опубликованной работы
следующие данные насчет водорослей Байкала. Из зеленых водорослей характерна
Draparnaldia baicalensis n. sp. (= D. Raveneli у Дорогостайского), часто встречающаяся
на камнях, на глубине 2,5-10 м. Кроме того, в Байкале есть еще три эндемичных
Draparnaldia. Из диатомовых, в районе Лиственничной - Голоустной, в планктоне
наиболее часта Melosira islandica O. Miiller subsp. baicalensis n. В небольшом количестве
в планктоне встречены еще Fragillaria capucina var. lanceolata, Synedraacus var.
angustissima. В Малом море - Dinobryon cylindricum var. divergens и др. Среди
байкальских диатомей нередки явления гигантизма: так, Navicula bacillurn обычно
бывает длиной в 10-15 микронов, в Байкале же достигает до 83.

                      2. Происхождение котловины Байкала.
       Прежде чем перейти к изложению мнений о происхождении фауны Байкала,
необходимо привести взгляды на происхождение котловины Байкала.
       1) Не останавливаясь на более старых гипотезах, изложим вкратце, как
представлял себе образование Байкала И. Д. Черский (1886). Породы, развитые в
Прибайкалье, Черский относит к системам: лаврентьевской, силурийской, девонской,
юрской, третичной и послетретичной. Все отложения выше девонской системы
являются наземными. Таким образом, очевидно, что после отложения "девонских"
слоев море уже больше не покрывало области Байкала.
       Отложения лаврентьевской системы, окаймляющие весь Байкал (за
исключением трех перерывов), были, по Черскому, сложены в складки еще в
досилурийский период. Образовавшиеся синклинальные долины, а именно
Голоустенский, Елохинский и Верхне-Ангарский бассейны, Черский рассматривает как
"досилурийский зародыш Байкала". Упомянутые выше перерывы в отложениях
лаврентьевской системы обязаны эрозии, произведенной каналами, отводившими воды
трех названных бассейнов В силурийских отложениях на берегах Байкала ни Черским,
ни последующими исследователями нигде не найдено ископаемых остатков. К силуру
же Черский отнес эти отложения на основании полного петрографического и
стратиграфического сходства их с отложениями в низовьях р. Нижней Тунгуски, где
найдена была силурийская фауна. Область Байкала составляла границу силурийского
моря, которое вдавалось к югу в виде трех заливов, соответствовавших трем
досилурийским синклиналям - "зародышам Байкала".